Интерпол по-иркутски

– Слушаю, – майор милиции Валентин Асалханов берет телефонную трубку, и собеседник на том конце провода задает какой-то вопрос. – Нет, вы ошиблись, здесь другая организация, – говорит майор и после секундной паузы добавляет: – Интерпол.

«Недавно поступил срочный запрос из НЦБ Интерпола Испании, просили идентифицировать мужчину, который был задержан там за кражу»

Остальных вопросов, даже если они и возникли, звонивший не озвучивает, извиняется и кладет трубку. Хотя, наверное, наличие в Иркутске отделения интернациональной организации по борьбе с международной организованной преступностью для него было новостью. Вот уж точно служба, что на первый взгляд «как будто не видна». А между тем группа сотрудников Интерпола в составе криминальной милиции существовала в городе еще с 1999 года. В начале этого года, 20 января, был издан приказ о реорганизации этой группы в отделение. 

«Международная преступность расширяет влияние, увеличиваются миграционные потоки. Преступники стали хитрее и изощреннее», – значительно поясняет Валентин Асалханов, назначенный в марте главой отделения Национального центрального бюро (НЦБ) Интерпола при ГУВД Иркутской области. Под его руководством работают четыре человека: Евгений Марков – отвечает за линию преступлений, связанных с автоугоном и деятельностью организованных преступных группировок, Сергей Нечаев – ведет преступления, совершенные в сфере наркобизнеса и работает в организации международного розыска лиц, Ирина Кузьмина – курирует «женские направления»: дела по краже произведений искусства, культурных ценностей и антиквариата, и Андрей Веселов – занимается преступлениями в области экономики и высоких технологий. Группа из двух сотрудников иркутского Интерпола за прошлый год проверила около тысячи объектов – людей или вещей, фигурировавших в преступлениях. Отделение в увеличенном составе за три месяца работы исследовало уже около 75 тысяч объектов: запросы приходят ежедневно из подразделений правоохранительных органов области и иностранных государств – членов Интерпола, которых всего 188. 

– Недавно поступил срочный запрос из НЦБ Интерпола Испании, просили идентифицировать мужчину, который был задержан там за кражу, – рассказывает Валентин Асалханов. – В полиции он представился гражданином Финко Андреем Валерьевичем и предъявил паспорт на это имя. 

Когда полиция Испании проверила Финко по своим учетам, вдруг обнаружилось, что раньше Финко Андрей Валерьевич был Орловым Романом Валентиновичем и в Испании уже задерживался. 

В Иркутске выяснили, что Финко-Орлов несколько лет находился в федеральном розыске за причинение тяжкого вреда здоровью уроженцу Усть-Илимска и подозревался в причастии к ряду нераскрытых преступлений. Был даже условно осужден, но полностью наказания не отбыл и скрылся.

– Решил уехать к родственникам в Испанию, – поясняет майор. – Выехал, соответственно, еще как Орлов, но и там успел совершить кражу. Стащил какую-то мелочь, за это его даже привлекать не стали, просто поставили на учет. Потом наш Орлов узнал, что его объявили в федеральный розыск в России, и по нелегальным каналам сделал паспорт на имя другого человека, после чего уже как Финко попался на более серьезной краже. 

Собственно, копия паспорта Финко вместе с дактокартой, содержащей его отпечатки пальцев, и пришла в Иркутск. Здесь местные специалисты подтвердили, что все папиллярные узоры и линии ладоней Финко полностью совпадают с данными Орлова. Так что после того, как он отбудет наказание за кражу в Испании, будет решаться вопрос об экстрадиции преступника на родину. 

Каждый охотник желает знать 

Орлов-Финко не единственный правонарушитель из Иркутской области, «наследивший» за рубежом. Всего 12 международных преступников из региона сейчас находятся в розыске. На них, как и на членов организованных группировок, выезжающих за границу, и вообще на подозреваемых в преступлении, представляющих интерес для Интерпола, издаются так называемые «углы» – персональная информация, поступающая в общую базу данных организации. «Углом» она называется потому, что на таком документе имеется угол определенного цвета. Зеленый и синий – на официально и на неофициально подозреваемых или обвиняемых в организованной преступности. Желтый – на пропавших без вести, оранжевый – на причастных к терроризму, черный – на неопознанных трупов, а красный – на преступников, которых необходимо задержать. 

Если «помеченный углом» преступник въезжает в страну, где есть Интерпол, сотрудники его должны сообщать о местах нахождения и передвижения такого человека. 

– Хотя во взаимодействии с другими странами существуют свои нюансы, – признается Асалханов. – Очень дисциплинированные в этом плане немцы, и вообще европейские страны, как и страны Балтики: быстро на запросы отвечают. Америка тоже на уровне, а вот с Азией тяжеловато.

Чаще всего иркутским сотрудникам Интерпола приходится сталкиваться с преступлениями, связанными с автомашинами, незаконным оборотом наркотиков и правонарушениями в сфере экономики.

– В Приангарье довольно часто обнаруживают машины, угнанные где-то за рубежом, – говорит Валентин Асалханов. – Например, недавно нашли два дорогостоящих автомобиля из Германии. А вот в феврале этого года, наоборот, коллеги из Болгарии обнаружили в своей стране Audi А6, угнанную в Ангарске, которая находилась в федеральном розыске с 2007 года. Нами установлен владелец, который изъявил желание вернуть машину. 

«I/24/7»

С точки зрения рядового милиционера, работа в Интерполе не пыльная. Никаких тебе участий в розысках, задержаниях, перестрелках и допросах. Сиди на рабочем месте, запрашивай, ищи и обрабатывай информацию. Интерпол считается основным «координатором» между органами внутренних дел и правоохранительными органами иностранных государств в борьбе со всеми видами уголовных преступлений, кроме тех, что относятся к категории «легких» или имеют политические, расовые, религиозные и военные мотивы. 

– Вот наше основное оружие, – майор Валентин Асалханов кивком указывает на компьютер. 

Международное «оружие» – аппаратно-программный комплекс «Стык», установленный в филиале, – это удаленный доступ к базе данных Генерального секретариата во Франции, в Лионе, и Центральном бюро Интерпола в России. Через него иркутские спецы могут в течение часа пробить информацию о каком-нибудь человеке или документе, выданном в любой из 188 стран. Главное – знание одного из рабочих языков Интерпола: английского, французского, испанского или арабского. Валентин Асалханов владеет двумя: французским и английским.

– Я же в свое время институт иностранных языков окончил, – говорит он. – А в 2003-м находился в со-

ставе миротворческих полицейских сил ООН в Конго, где занимался подготовкой и повышением профессионального уровня местных полицейских в течение двух с половиной лет. 

После таких приключений и десяти лет работы в уголовном розыске кабинетная должность сотрудника Интерпола может показаться скучной. Однако Валентин Асалханов качает головой: «Наша система называется «I/24/7» – то есть «Интерпол, 24 часа, 7 дней в неделю».

Автор: Ксения ДОКУКИНА, фото: Дмитрий ДМИТРИЕВ

"Иркутский репортер" N22 от 28.06.2010г.

30.06.2010